Краеведение - солнечный зайчик души. Идея протеста не вызывает? Тогда Вы - наш человек. Заглядывайте на огонёк. Всегда вам рады. Краевед-краеведу - друг, товарищ и брат.

среда, 2 августа 2017 г.

Юнги Северного флота - "мальчики с бантиками"

Источник фото
Что роднит оперного певца Бориса Штоколова и писателя Валентина Пикуля? Ответ прост: они выпускники Соловецкой школы юнг, созданной приказом главкома ВМФ Николая Кузнецова 1 августа 1942 года.

75 лет назад при учебном отряде Северного флота была сформирована школа юнг Военно-морского флота на Соловецких островах. За три выпуска в 1942-1944 годах школа подготовила 4111 радистов, рулевых, боцманов, мотористов, электриков. В боях за Родину погиб каждый четвертый выпускник.


Как попасть в Школу юнг?


1942 год. Тяжёлые бои шли на Севастопольском участке фронта, на Курском направлении, в районах Воронежа, Новочеркасска, Ростова. Совсем скоро должна была начаться битва за Сталинград.

Именно в это время, в июле 1942 года, был издан приказ:


1. 1 августа 1942 года сформировать при учебном отделе Северного флота школу юнг ВМФ с дислокацией на Соловецких островах. Плановые занятия начать 1 сентября 1942 года.
2. Школу юнг подчинить командиру учебного отряда Северного флота.
3. Школу укомплектовать юношами в возрасте 15-16 лет, имеющими образование в объеме 6-7 классов, исключительно добровольцами.
4. Прохождение службы юнг слагается: а) из обучения в специальной школе юнгов продолжительностью 12 месяцев; б) из практического плавания на кораблях флота до достижения призывного возраста...

О наборе в школу не оповещали: опасались излишнего энтузиазма среди подростков и массовых побегов на флот. А набирать было из кого. Многие подростки уже работали на заводах, тушили пожары после авианалётов. Было много беспризорников, потерявших родителей на войне или вышедших с оккупированных территорий. Поэтому набор проходил только в Москве и еще восьми областях. Всего планировали набрать 1,5 тысячи юношей 14-15 лет, имевших 6-7 классов образования.

Несмотря на все меры секретности, желающих всё равно было очень много. Кто-то мечтал о романтике морских плаваний, о подвигах. Другие хотели нормально питаться и получить крышу над головой.

При поступлении в школу требовалось обязательное согласие родителей. "Мы отправились в обком  комсомола, чтобы записаться в юнги, но всё оказалось не так просто, — вспоминал соловецкий юнга Александр Григорьевич Архипов. — Нам было сказано, чтобы принесли согласие от матерей. Но как это сделать? Ведь наверняка моя мать не согласится, да и у Левы тоже.

– Сашок, – сказал мой друг, - давай я напишу тебе согласие, а ты мне. Идет?

 И сошло. В день отправления я был вынужден сказать матери, что уезжаю".

Отбор был строгим: будущих юнг врачи прослушивали, простукивали, крутили на вертящихся стульях, проверяли умение адаптироваться при большой качке. Соловецкий юнга Рейнгольд Карлович Вид вспоминал: "Попасть в школу юнг было непросто, предстояло проходить строгую медицинскую комиссию, потом комиссию техническую, определявшую степень грамотности, и мандатную. 

Мой товарищ Славка Остроумов выскочил от глазного врача со слезами на глазах: не взяли по зрению. Рядом сидел другой мальчик из Московской области. "А я комиссию прошел, но уже хочу домой", – как-то совсем по-детски захныкал мальчишка. "А вы махнитесь документами, благо фотокарточек нет", - пришла мне в голову счастливая мысль. Так и сделали. Остроумов под новым именем поехал в школу, а тот мальчик с его документами – домой".


С кирпичом под одеялом


По рассказам участников тех событий, первых мальчишек привезли ночью в жуткий шторм – так было безопасней: немецкие подводные лодки дежурили в Белом море.


Морская форма, выданная юнгам, огорчила их: она топорщилась, свисала с худеньких плеч, и вид у будущих юнг был совсем не бравый. А бескозырка! Многие мальчишки от обиды чуть не плакали: вместо длинных лент с якорями – аккуратный "девчоночий" бантик и надпись "Школа Юнгов ВМФ". Юнгам объяснили: право носить ленты и погоны ещё надо заслужить.

Источник фото
Интересно, что слово «юнгов» в названии школы писалось в старой, дореволюционной орфографии. Но в 1942 году об этой ошибке никто не думал.

Сложнее всего пришлось юнгам первого набора. Для размещения Школы на Соловецких островах выделили бывший Савватьевский скит, в котором стояли полуразрушенное каменное здание церкви и бывшая деревянная гостиница для паломников. Эти здания отвели под учебные корпуса, а юнги разбили палатки и начали рыть землянки. Им приходилось копать землю, корчевать пни, ворочать камни-валуны, валить строевой лес и таскать его на плечах. "Вспоминается, как группа юнгашей (15-20 человек) тянут из котлована огромный камень, силёнок не хватает, плачут, а тянут…" – писал бывший комиссар школы юнг С.С. Шахов.

Источник фото

Работали все дни напролёт с короткими десятиминутными перерывами. После работы отправлялись отдыхать в холодные палатки, где постелью были матрасы, набитые травой, и наволочки с хвойными ветками. Накрывались байковыми одеялами. Командиры рот и учебных смен жили в таких же условиях, как и юнги.

С середины сентября по ноябрь на Соловках шли бесконечные дожди, когда было особенно тяжело перекатывать огромные валуны. А они перекатывали. Не могли перекатить – раскаляли и обливали водой, пока не треснет, и тащили по частям.

Строительство городка было окончено к ноябрю. Он расположился в лесу, на берегу Купального озера. Выкопали и обустроили тридцать полуземлянок-кубриков. Возвели учебные корпуса на 42 класса, небольшую баню, прачечную, клуб на 200-250 мест, жилой дом для семей офицеров, столовую на 500 мест, камбуз, хлебопекарню и санитарную часть.  

Источник фото

Юнги жили в землянках вместимостью 52 человека каждая с койками в 3 яруса и печками – буржуйками. Поначалу даже света не было, зажигали коптилки – железные чернильницы с фитилями, в которых в качестве горючего использовали рыбий жир. Стены от такого освещения были чёрными. Позднее провели электричество.

Вспоминает юнга Леонид Пшеничко: "Кровати в землянках стояли в три яруса, а в углу находилась печка, одна на все помещение. Холод был собачий, ночью мерзли. Но мы придумали выход — у каждого был свой кирпич. Перед тем, как ложиться спать, мы клали этот кирпич на плиту, после чего заворачивали его под одеяло. Иначе не заснешь. К утру раздавались громовые раскаты: это с третьего яруса (кто-то повернулся) кирпич падает на пол, все подскакивают. Вдруг, в другом месте — еще кирпич падает".


Источник фото

"Погибаю в бочке из-под капусты!"


Распорядок дня юнг был таким:

6 часов утра: подъём, построение, бег, физзарядка, заправка коек, приборка кубриков и территории, умывание.

8 часов утра: завтрак.

С 8 до 13 часов: общие и специальные занятия, строевая подготовка, обучение приёмам рукопашного боя, изучение пулемета, автомата, гранаты, стрельба и метание боевой гранаты в цель; морская практика, практические занятия в технических кабинетах, занятия по химической защите и санитарному делу.

13 часов: обед.

С 14 до 16 часов: практические занятия, морское дело, шлюпочные занятия.

Шлюпочные занятия. Источник фото

С 16 до 17 часов: свободное время.

С 17 до 19 часов: общественно-полезный труд, самоподготовка, утверждение нарядов на дежурство.

19 часов: ужин.

С 20 до 22 часов 30 минут: свободное время.

22 часа 30 минут: вечерняя поверка и отбой.

"И сегодня, за далью времени у каждого юнги не вытравились из памяти картофельные наряды, – вспоминал соловецкий юнга Виталий Гузанов. – Нет слов, работа на камбузе не всем нравилась. Иногда приходилось чистить картошку ночью – сущее наказание. Особенно зимой. В завьюженную ночь стены камбуза не спасали. Задувало во все щели: в пазы окон, двери, а через порог позёмка наметала снег. Юнг пробирало так, что зуб на зуб не попадал. Закоченевшие руки не держали нож. А норма была все та же – дюжина мешков".

На Соловках стояло несколько зенитных батарей. Большой Соловецкий остров часто бомбили. Юнги сбрасывали зажигательные бомбы с крыш, тушили лесные пожары, несли круглосуточное дежурство: могли высадиться диверсанты.

Источник фото







Особо охраняли продуктовые склады. Юнга третьего набора Леонид Пшеничко вспоминал: "Зимой при заступлении на пост надевали валенки и тулуп. А я был самый маленький — ростом всего метр сорок. Валенки моего размера было подобрать трудно, а тулуп, как шлейф, сзади прижимал меня к земле и волочился по снегу, да еще винтовка в руках. 

И вот я стоял возле поста (караул длился 2 часа), охраняя овощной склад. А мороз-то своё берёт! И вот я стоял и плакал. Ноги заледенели. А рядом в снег вмерзла огромная пустая бочка из-под капусты. Я сел на край этой бочки в тулупе и ногой об ногу стучал, грелся, а винтовку через плечо одел. 

И вдруг, о горе, моя «корма» просела в бочку. Ночь, никого. Пытаюсь выбраться, но не получается — мешает винтовка. Я стал совсем замерзать, а в голове жуткие мысли: «Мечтал попасть на корабль, а погибаю в бочке из-под капусты». На мое счастье вдруг идет проверяющий с начальником караула. Я, как положено, кричу: «Стой, кто идет!» А они продолжают идти. И я сквозь слезы кричу: «Стой, стрелять буду!» Они увидели меня и серьезным тоном говорят: «Ну, здесь все в порядке, служба несется бдительно, идём проверять следующий пост». Я шутки не понял и молю: «Не уходите, вытащите меня!» Ну, посмеялись, вытащили и посоветовали впредь быть осторожнее".

Кормили юнгашей сытно, но не сказать, чтобы разнообразно. Кто-то даже сочинил стишок: "Сечку, гречку и овёс нам хозяйственник принёс". Поэтому мальчишки ловили в лесу уток, обмазывали их глиной и запекали на раскаленных углях на костре. После того, как глина превращалась в черепицу, разбивали ее и отделяли от мяса вместе с перьями, солили и с удовольствием ели. Собирали бруснику, приносили в землянку, ссыпали в бочку с водой и зимой пили этот настой – восполняли недостаток витаминов.


"Два лаптя правее солнца"


В школе обучали по нескольким специальностям: боцман флота, рулевой, радист, артиллерийский электрик, моторист, электрик, торпедный электрик, боцман торпедных катеров, боцман надводных кораблей, штурман.

Учиться было нелегко. Занятия проходили в бывших монастырских кельях, переоборудованных в классы (в Соловецком Кремле), и в землянках (в Савватьево). Не хватало мебели, поэтому на занятиях в землянках юнгам приходилось сидеть на нарах. Трудно было с дровами. В холодных классах, случалось, и чернила замерзали, и ребята, чтобы согреться, притопывали ногами.

Источник фото

Не хватало учебников. Нередко один учебник приходился на 20-25 человек. Достать электролампу, 100 тетрадей или мел для доски часто было сложной задачей.

Источник фото

"Учеба была напряженная, по 12 часов в сутки, – вспоминал соловецкий юнга Сергей Сергеевич Богданов. – Несмотря на колоссальные трудности никто не хныкал. Подъем в 6 часов, физзарядка на берегу моря в любую погоду. После чего завтрак и занятия в классах. Уставали страшно, постоянно хотелось спать. Поэтому любимыми были занятия в противогазах, когда под их прикрытием можно было умело подремать. 


А сколько было курьезных случаев! То троица юнг решила на шлюпке отправиться на материк, на фронт, так как ждать, пока закончится учеба, они считали недопустимой потерей времени. Кончилось тем, что их выловили в Белом море. То от усталости засыпали на посту, стреляли по проверяющим, потом объясняя, что приняли их за медведя". 

О том, как проходили занятия в Школе, рассказал соловецкий юнга Валентин Пикуль в повести "Мальчики с бантиками":

"Курс навигации вел лейтенант Зайцев на сложном фоне параллелей, обнимающих земной шар, и меридианов, бегущих к полюсам.

Однажды земной шар с доски исчез. Вместо него распустился пышный цветок румбов.

— Зарисуйте в тетради вот эту румбовую картушку. Можете забыть свое имя, но названия всех тридцати двух румбов вы должны помнить даже ночью, если вас внезапно разбудят. Надо просто-напросто запомнить по ходу часовой стрелки: норд, норд-тень-ост, норд-норд-ост, норд-ост-тень-норд, норд-ост и так далее.


Сильнее всех пыхтел над румбами юнга Финикин:
— Постойте! Я же русский, а тут все по-иностранному.

Зайцеву такой подход к делу не понравился.

— Если ты русский, так тебе не прикажут держать курс на два лаптя правее солнца! Пожалуйста, — вдруг заявил он, — специально для тебя перевожу названия румбов на русский язык: север, стрик севера к полуношнику, меж севера полуношник, стрик полуношника к северу и, наконец, полуношник, то есть норд-ост. Боюсь, что русские названия сложнее голландских… Хорошо китайцам — у них всего восемь румбов, чтобы не мучиться. Но ты же ведь не китаец.

— Все равно не пойму, — уперся на своем Финикин. — Я не виноват, что у меня котелок слабый и не варит слов иностранных.

Зайцев — отличный педагог! — даже обиделся:
— Но здесь не школа-семилетка, и твоих родителей к завучу не потащат. Если котелок слабый, так тебя выпроводят в хозвзвод — и будешь там гнилую картошку разгребать…"

В повести "Мальчики с бантиками" автор выступает под именем главного героя, юнги Савки Огурцова. Все события книги – реальны, это события из жизни самого Вали Пикуля и его близких – друзей, родственников, однополчан, соучеников по школе юнг. Это книга о юности автора и его опалённого войной поколения, "тревожной, как порыв ветра, ударивший в откинутое крыло паруса".

"Что и говорить, на Соловках нас учили, как спартанцев, – вспоминал Валентин Саввич. –- А ведь попавшие в школу юнг были разными: и сильными, и слабыми, избалованными и "маменькиными сыночками". Но из каждого необходимо было сформировать боевого матроса, готового шагнуть на палубу корабля".

Главный герой повести Пикуля, Савка,  долго скрывал от воспитателей и своих друзей, что не умеет плавать. Боялся, что его отчислят из школы. Наконец он решил в одиночку преодолеть страх перед водой:

"Может, лучше выйти из леса и честно заявить, что плавать он не умеет, а воды боится? Ну конечно. Все станут хохотать, как помешанные. Но смехом дело не кончится. Возьмут за руки, схватят за ноги. Потащат на самую глубину и плавать выучат. Но у Савки не хватало силы воли на такое крутое решение... Отчаяние становилось острее.

– Или я человек, – сказал себе Савка, – или я тряпка...

 Савка поднялся с кочки. Пошел выбирать озеро для проведения опыта над самим собой. Отступления не было! Решительным толчком ног он швырнул себя в оглушительную глубину. Вода тяжелела и уже не казалась хрустальной. Савка разглядел древние коряги, похороненные на дне озера, и длинные волосы водорослей, что тянулись к нему. 

Теперь задача – всплыть, дабы не оставаться здесь навсегда. И вдруг почувствовал, что какая-то сила сама влечет его кверху. Хотелось глотнуть воздуха, но, сжав губы, он терпел. И поднимался... выше, выше, выше! Ладони вдруг розово осветило солнце. Они первыми проткнули ту пленку, что делила мир на две стихии. Плечи тоже выступили из воды, и тогда, ни разу до этого не плававший, Савка поплыл, взмахивая руками, как это делают все люди. Даже не верилось! Он, он плыл. Он победил себя и победил свои страхи. Как жаль, что свидетелей его победы не было... Только шумел лес.

 ... Кравцов выслушал его и заглянул прямо в глаза:

  –  Ну, а теперь, Огурцов, ты все-таки скажи мне правду...

  Пришлось рассказать всё.

–  Когда-нибудь, – сказал Кравцов, – с вашими фокусами я под трибунал загремлю. Голова-то на плечах имеется? Пять часов утра. Вокруг ни души. А ты, не умея плавать, ныряешь носом вперед... Растеряйся на секунду, глотни воды, как воздуха, и – амба! Мои погоны – ладно, но о своей-то жизни ты подумал?

– Я подумал. Удельный вес моего тела меньше удельного...

 Лейтенант не дал ему закончить:

 – Дурак ты! Только потому, что ты живой стоишь передо мною, я тебя прощаю. А утопленника я бы отправил на гауптвахту..."


Источник фото

После обучения юнги отправлялись на боевые корабли различных флотов. Выпускникам полагался месячный отпуск. Но, как вспоминал соловецкий юнга Леонид Зыков, когда им зачитали просьбу командования сразу же отправиться на действующий флот, команду "Шаг вперед, желающие!" выполнила вся команда выпускников.

Юнга Валентин 
Валентин Пикуль писал: "Никто из юнг не желал попасть на Тихоокеанский флот, где не было войны. Юнги отмахивались от Каспия и разных флотилий на реках. Честно говоря, немного было охотников служить и в преддверье Арктики – на Северном флоте. Вот об этом Савка частенько и размышлял. Битва проходила во мраке ночи на длинной океанской волне, покрытой морозным туманом. Это была страшная битва без оглядки на спасение, когда любой результат боя складывался из неумолимой формулы "Смерть или победа!". Постепенно созрело решение.

– Я,  – сказал Савка, – попрошусь на Север. Мне нравится этот край... Помните, как по радио выступали? "Кто сказал, что здесь задворки мира? Это край, где любят до конца, как в произведениях Шекспира, сильные и нежные сердца!"

Автор книги "Мальчики с бантиками" после Школы юнг до конца войны служил на Северном флоте, на эскадренном миноносце «Грозный»: участвовал в полярных конвоях, ходил на поиски немецких подводных лодок. Последний год войны Валентин Пикуль исполнял обязанности командира боевого поста. Тогда ему было 16 лет.


Юнга с чужой фамилией



Источник фото
На эсминце с очень похожим названием — «Громкий» — начинал свою службу юнга Александр Ковалёв, которому суждено было стать одной из легенд Северного флота. У него была очень непростая судьба. За Родину юнга сражался не под своим настоящим именем, и причина этого - трагическая история его родителей.

Он родился в семье инженера Филиппа Марковича и Елены Яковлевны Рабиновичей. В 1937 году его родители были репрессированы: отец приговорён к расстрелу, мать - к восьми годам исправительно – трудовых лагерей. 10-летнего мальчика на воспитание забрала сестра матери, Раиса Райт-Ковалёва. Раиса Яковлевна была известной писательницей и переводчиком, публиковавшейся под псевдонимом «Рита Райт — Ковалёва». Тётя постаралась дать племяннику хорошее образование и воспитание. Отцом для мальчика стал её муж, капитан 2-го ранга Николай Петрович Ковалёв, флагманский механик Беломорской военной флотилии.

Осенью 1942 года была открыта Соловецкая школа юнг. Саша, мечтавший сражаться с фашистами, хотел попасть туда. Однако Александру Рабиновичу, сыну «врагов народа», путь в Школу был заказан.

Саше помог дядя, на свой страх и риск организовавший подлог. Он отправил племянника поступать по документам уроженца Горьковской области Александра Николаевича Ковалёва, который ранее не прошел отбор в школу. Ковалёв был на год старше Рабиновича, но его фамилия и отчество подошли Саше идеально: не посвященные в семейные тайны думали, что он — сын капитана Николая Ковалёва.

Саша блестяще окончил Школу юнг по специальности «моторист» и оказался на эсминце Северного флота «Громкий». Но сам мечтал служить на торпедном катере и подавал командованию рапорт за рапортом с просьбой о переводе. Он своего добился: в феврале 1944 года юнгу Ковалёва перевели для прохождения службы учеником моториста на торпедный катер № 209 (ТК — 209).

Саша Ковалёв участвовал в тринадцати выходах торпедного катера по поиску кораблей противника и пяти минных постановках у береговых баз врага. За участие в этих боевых походах, за обеспечение безукоризненной работы моторов юнга Ковалёв 1 мая 1944 года был награждён Орденом Красной Звезды.

Источник фото

Бой, в котором Саша Ковалёв совершил подвиг, произошёл 8 мая 1944 года. ТК-209 и еще один катер, ТК-217, атаковали группу кораблей противника. Подбив два сторожевика противника, катера стали уходить. Немцам удалось подбить ТК-217, который стал тонуть. ТК-209 под прикрытием дымовой завесы снял экипаж тонущего катера и стал возвращаться на базу. В этот момент его атаковали немецкие истребители. Был пробит коллектор мотора, из которого стала хлестать вода, перемешанная с маслом и бензином. Катер терял ход, через несколько минут перегревшийся мотор мог взорваться, погубив экипажи двух катеров.

И в этот момент моторист Ковалёв, набросив на коллектор телогрейку, грудью закрыл пробоину. Температура жидкости равнялась 70 градусам... Когда ТК-209 оторвался от погони, двигатель остановили, и моряки вынесли потерявшего сознание Сашу на палубу. Он получил страшные ожоги.

Нужно было добраться до главной базы торпедных катеров в поселке Гранитный. Сашу положили на корму катера. Но во время перехода на корме произошли пожар и взрыв от фосфорного снаряда, застрявшего в обшивке после налета. Погибли мичман Капралов и юнга Ковалёв.

За свой подвиг Александр Ковалёв был посмертно награждён Орденом Отечественной войны 1-й степени. Именем юнги названа улица в Мурманске.

Мемориальная доска Саше Ковалёву на улице его имени. Источник фото


Негасимый огонь памяти


В 1945  году  Школу  юнг  с  Соловецких  островов  перевели  в  Кронштадт, она просуществовала до 1952 года. Соловецкая школа юнг ВМФ была самой молодой по возрасту личного состава воинской частью не только Советского Союза, но и всей Европы в период второй мировой войны.

С 1942 по 1945 год Школа подготовила 4111 первоклассных специалистов для всех флотов и флотилий Советского Союза: рулевых, радистов, сигнальщиков, торпедистов, мотористов и боцманов.

Более 150 воспитанников Соловецкой Школы юнг за мужество и отвагу награждены медалями Нахимова и Ушакова. 45 юнг стали кавалерами Орденов Красной Звезды, Красного Знамени, Отечественной войны. Из четырех тысяч юнг, участвовавших в боевых операциях на военных кораблях, погибла четверть.

В 1972 году на Соловках установили памятник юнгам, погибшим в годы Великой Отечественной войны. Этот монумент на свои средства и своими руками разработали и установили ветераны в память о погибших товарищах.

Источник фото

В июле 1993 года на набережной Северной Двины в Архангельске был открыт пятиметровый бронзовый памятник юнгам работы скульптора Фридриха Согаяна. Монумент изображает якорь и юношу в матроске, уходящего на дно.

Источник фото

В 1995 году площади на востоке Москвы на пересечении Сиреневого бульвара и 16-й Парковой улицы было присвоено имя Соловецких юнг. Спустя десять лет, в 2005 году, на площади был открыт памятник Фридриха Согаяна. Семиметровый бронзовый монумент изображает стоящего на волне юнгу с семафорными флажками в поднятых руках. Юнга запечатлён на фоне паруса с парящим альбатросом.

Источник фото

1 комментарий:

  1. Большое спасибо за интересную информацию о школе юнг. Буду очень рада, что и вы будете заглядывать в мои блоги "Волшебный фонарик" и Блог Кота Васьки.

    ОтветитьУдалить

Этот пост ждёт ваших комментариев.
Не знаете, как оставить комментарий?
Тогда эта инструкция для вас!

- Нажмите на стрелку рядом с окошком "Подпись комментария".
- Выберите "Имя/URL".
- Напишите своё имя, строчку URL можно оставить пустой.
- Нажмите "Продолжить" и комментируйте.

Заранее спасибо!

Related Posts Plugin for WordPress, Blogger...